Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 
Охота

Холодный, северный ветер гнал по небосклону серо-фиолетовые массы дождевых облаков и шумел в жёлто-бурой листве стоящих рядом деревьев. Он пригибал к земле русые локоны полевых трав, создавая иллюзию перекатывающихся морских волн, продувал насквозь, заставляя невольно «ёжиться» и прятать голову за поднятый воротник.

Колька стоял на пригорке, продуваемый октябрьским ветром и терпеливо ждал своих наставников-компаньонов по охоте. В свои тринадцать лет он был страстным охотником! Именно охотником и именно страстным, так как страсть к охоте проснулась в нём (как думал он сам) с самого рождения! И ещё, что отличало его от своих сверстников, так это наличие ружья! Не деревянной игрушки, с которыми бегали деревенские ребята, а именно настоящего охотничьего, двуствольной «курковки» шестнадцатого калибра! И не беда, что отец отдал ему «Тозовку» по причине раздутых патронников, из-за которых стреляные латунные гильзы приходилось выбивать шомполом. Пустяки! Зато это был самый дорогой подарок, который он мог получить из его рук! Вновь накатили тёплой волной воспоминания того дня, когда отец подарил ему это ружьё! Закрыв глаза и прижав к щеке воронёную сталь стволов, он снова ощутил тот невообразимый восторг и трепет, который может понять только настоящий охотник, прикасающийся к своему ружью! В этот сладостный миг он не ощущал ни пронизывающего ветра, ни усталости от пройденных километров, ни медленно текущего в ожидании время…

Сгущающиеся сумерки «говорили» о том, что пора торопиться к разливу, чтобы успеть к вечернему перелёту! Видимо, какие-то дела заставили Николая и Михаила не придти в назначенный срок… Ещё раз взглянув в сторону деревни и глубоко вздохнув, молодой охотник быстро зашагал к вьющейся внизу малой речке. Еле заметная тропка тянулась вдоль берега через Чурилинские луга. Повинуясь охотничьему инстинкту, он тихонько крался, внимательно осматривая заманчивые заливчики вверх по течению. Вдруг, с поля через речку захлопали десятки крыльев! Колька, невольно вздрогнул, даже не подняв ружья и только проводил удивлённым взглядом улетающую стаю тетеревов.

- Далеко! – прошептал себе под нос, прикинув расстояние.

- А «завалить» хоть одного «черныша» было бы здорово! – пронеслась запоздалая мысль вслед улетевшей стаей.

- Что же могло спугнуть этих тетеревов? – вертелся в Колькиной голове волнующий его вопрос.

Разум подсказывал ему, что на таком расстоянии тетерева испугаться его не могли! Но если не его, то кого же? Эти мысли не давали ему покоя! Вдруг череду его мыслей прервал внезапно появившийся чёрный силуэт. На другом берегу в поле стояла корова или бык. В сгущающихся сумерках трудно было определить точно, да и расстояние было приличное.

- Какая корова может быть в такое время так далеко! – словно током пронзила Кольку внезапная мысль.

Медленно присев в высокую траву, он наблюдал за таинственным тёмным силуэтом, оценивая обстановку и решая, как поступить дальше. Решение пришло само собой, когда медленно движущийся зверь скрылся за старой разлапистой ольхой, стоящей на том берегу. Колька медленно спустился к воде и осторожно перешёл не глубокую речку. Затем поднялся на другой берег и, прикрываясь старой ольхой, стал приближаться, сокращая расстояние. До дерева было не больше двадцати метров, так что этот путь он преодолел достаточно быстро. Ветер, обдувая лицо, приносил с собой запахи влажного травостоя, шелестя и скрывая от чутких звериных ушей его шаги. Отдышавшись, Колька поднялся и медленно высунул голову между суков ольхи.

На неубранном овсяном поле жировал здоровенный секач! Он медленно «стриг» овсяные метёлки, периодически поднимая вверх мощное рыло и шумно втягивая воздух большим пятаком. Он то громко чавкал, то неожиданно замирал, растопырив огромные волосатые уши. Затем убедившись в своей безопасности, начинал чавкать с новой силой, клацая своими клыками.

Колька нащупал пальцами два латунных патрона с самодельными жаканами и, тихо раскрыв стволы, поменял утиную дробь на пули. Надавив на спусковой крючок двумя пальцами тихо взвёл один курок, потом так же второй. Аккуратно положив стволы между суков, он стал брать зверя на прицел. Руки предательски дрожали, детское тело бил озноб, мушка, словно живая, прыгала по телу кабана...

- Рано! – успокаивал себя Колька, мысленно прикидывая расстояние до зверя.

- Метров восемьдесят! Не меньше! – сквозь стучащие зубы шептал он себе под нос, пытаясь успокоиться. Но проклятая « морзянка» всё не слетала с его зубов!

Охота

Секач медленно приближался, незаметно сокращая расстояние. Наконец, до него осталось не больше пятидесяти метров. За это время Коля немного успокоился и, подведя еле видимую мушку за лопатку, раз за разом нажал на спуск.

Вспышки от выстрелов вмиг ослепили его, на время оставив беспомощным! Секач, устрашающе «ухнув» и пыхтя словно паровоз, тронулся с места. Колька, вскрикнув, схватил ружьё и, не разбирая дороги, кинулся бежать! Не ощущая земли под ногами, хлещущих по лицу веток и высокой травы, он бежал с расширенными от страха глазами, ощущая спиной, бежавшего за ним кабана! Огромные холодные мурашки, словно мухи, противно бегали под рубашкой, насквозь промокшей от пота, придавая ему ещё большую скорость. Не заметив, как оказался в деревне, Колька пулей влетел в родную калитку, прошмыгнув мимо курящего на ступеньках отца и едва не сбив его с ног.

- За тобой волки гнались что ли? – рассерженно крикнул он в след пролетевшему мимо сыну. Но не услышав ответа, махнул удивлённо головой и выпустил струйку белого дыма в ночное небо. Отцу в этот вечер он так ничего не сказал.

Ночью Кольке не спалось! Голову одолевали всякие мысли! Самый больной вопрос, сверливший его мозг, эхом отдавался в его висках – попал или нет?

- Не мог промахнуться! – успокаивал он себя, мысленно возвращаясь назад.

Но проклятый мозг всё равно не давал покоя! На миг он представил поверженного секача, обступивших его восхищённых друзей, искренне завидующих ему, а он, улыбаясь, жмёт протянутые ему руки… Так и уснул он с блаженной улыбкой и с вытянутой рукой.

Утром он побежал к Николаю Строгову, чтобы рассказать о вчерашней охоте. Николай и Миша, по прозвищу Щепа, сидели на лавке возле дома и обсуждали план вечерней охоты. Колька, отдышавшись, всё рассказал старшим товарищам.

- Заливаешь! – недоверчиво выпалил Щепа.

- Ей Богу не вру! – обиделся Колька.

- Такими вещами не шутят! Правда, тёзка?– встал на защиту паренька добродушный Николай.

- Как думаешь, попал?

-Не знаю? – ответил Колька, виновато отведя взгляд.

- Чего гадать! Веди, показывай, где стрелял!

Взяв ружья, все трое двинулись по дороге к нескошенному овсяному полю. Перейдя речку, они продолжили свой путь к старой ольхе. Колька показал, где стрелял вчера по кабану. Подойдя к тому месту, действительно увидели жировку кабана и тропу, уходящую в лес. Николай, проведя ладонью по стенкам тропы, показал окровавленную руку. Все, не сговариваясь, взяли ружья наизготовку и пошли по тропе к лесу. Буквально в десяти метрах на краю леса лежал «дошедший» секач! Никто из них раньше не видел такого огромного кабана! Колька не мог оторвать восхищенного взгляда от своего трофея, а его наставники, по-доброму завидуя, поздравляли его с полем, крепко пожимая протянутую маленькую ладонь…

Дмитрий Васильев

(фото автора)