Индия

О наболевшем

Индия - необыкновенно грязная страна. Каждое городское строение покрыто серо-зелёными плесневелыми пятнами, каждое заброшенное полуразрушенное строение вовсе заросло кустами. Пожухла когда-то яркая краска, облупилась штукатурка зданий, образовав трещины и обвалившиеся чаши. Каждая железнодорожная станция представляет собой общественный туалет, ароматизирующий похлеще российского бомжа. Мало того, что индусы гадят во время остановки поезда, они, в принципе, каждое утро приходят к путям и срут на них, а проходящий мимо поезд разносит брызги в разные стороны. Каждая индийская улица покрыта жирным слоем пыли и копоти, после прогулки по которой в носу можно сажать помидоры. В каждом углу улицы есть кучка с дерьмом или мусором, в котором периодически кто-то роется. Каждый умывальник в Индии заляпан красной от специй хоркотой и соплями. Каждое зеркало имеет свой неповторимый мыльный узор. Каждая рубашка или штаны, надетые на индуса, содержат в рисунке чужеродные пятна, неизвестного происхождения, нестиранные наверно, никогда. Загажены и заляпаны столы в ресторанах республики. Завешены пластиковыми пакетами окна закопчённой кухни. Запачканы липким кофейные термоса. Захарканы лестницы и уличные переулки, обоссаны стены. С момента сдачи объекта в эксплуатацию объекта недвижимого имущества и совершения в нём ремонтных и отделочных работ, больше никто, ничего, никогда не моет, не красит, не ремонтирует. Стены в любом номере любого отеля Индии можно читать, как газету. На тумбочках вековая грязь. Из-за отсутствия кальция в индийской воде, налёта на сантехнике не бывает и её, конечно, никогда не моют. На железных крестообразных кранах собирается розовая пенка застывшей грязи. Ржавчина, рассосав поры железа, глубоко проникла внутрь, образовав незатейливый узор, который приведёт к разрушению. И ещё, индусы страшные пердуны. После постоянного поедания жирных бобово-овощных блюд их начинает распирать во все стороны, появляется треск смачного пердежа и незабываемая вонища.

Тамилнаду-экспресс

Индия

Наступило время очередного многочасового перегона на поезде в сторону Кхаджурахо, где мы планировали пожить три дня. Из Нагпура до Кхаджурахо нет прямых поездов, и нам предстояло сначала доехать до транзитной станции Джанси, переждать два часа и отправиться на следующем поезде в конечный пункт назначения. Тамилнаду-экспресс разместил нас в разные вагоны. Как обычно начинаем с обмена мест. Собралась толпа проводников и просто любопытных людей. Пассажиру, чьё место мы заняли, перевели на «хинди» нашу историю про девушку, которая без присутствия своего спутника расстроится, и он согласился. За окном мелькают мандариновые плантации. Деревца с прямым вытянутым стволом и круглой пушистой кроной, усеянные оранжевыми и зелёными плодами, ярко-салатовым цветом переливаются на солнце. Под деревьями засеяна густая зелёная травка.

Спустя какое-то время к нам прилип проводник-вонючка, пропахший несвежим потом и не понимающий английский. Подходил, периодически, к нам потрещать о насущном, заодно поглазеть, чем «белые» занимаются. Заказали у него строгий кофе. Принёс водичку кремового цвета, видимо, с молоком. Больше потом не приносил, этот был последний. Стоит, смотрит, что делать будем. Начали разбавлять своим кофейным порошком, шлёпаем в кофейник достойную дозу кофе и просим ложку, чтоб перемешать. Проводник срочно отлучается и приносит белую пластиковую ложечку, которую заботливо протирает своими пальцами и пихает её в кофейник. Предлагает добавить ещё больше сахара, чтоб ещё вкуснее было. Я отказываюсь, он предлагает снова, и я снова отказываюсь. Продолжает стоять, задрав и повесив руки с вонючими подмышками на верхнюю полку, пытаясь понять, как я пью эту гадость.

Индия

За окном продолжали мелькать мандариновые плантации. Проводник так и болтался с нами, держась за полку. Увидел, что я достала блокнот и начала что-то писать, уточнил, что пишу и зачем. Потом стал клянчить ручку. Я немного пожалась, но ручку дала. Счастливая вонючка испарилась хвастаться своим коллегам. Через некоторое время была остановка, и проводник снова нарушил наше уединение за шторкой, предложив мандаринов. Но у нас были свои свежие и вкусные нагпурские мандарины. Мы развернули шторку, и увидели целую делегацию торговцев, но от всего отказались. Наш проводник снова повис на полке, теперь его интересовал только навигатор.

После пересечения границы штата природа обрела более насыщенный зелёный цвет, местность становилась более холмистой. Всё чаще встречались аккуратные и ухоженные поля с различными культурами. Рассеянные оранжево-розовые лучи солнца сконцентрировались в пурпурно-рыжий круглый диск солнца, который заметно закатывался за горы. После каменистого тоннеля солнца не стало совсем. Случайно залетевшая мысль о работе вдребезги разбила вечерний пейзаж.

К ночи проводник-кофейник появился снова, сдвинул мужа с его сиденья, плюхнулся рядом, нежно обняв его за коленку, и уставился в gps. Повеселил своим поведением он нас очень, поэтому и не прогоняли. Потом он свалил спать, а мы стали собирать вещи на выход. В тамбуре стояла тучная особа низкого роста с огромным чемоданом. Густая копна чёрных блестящих волос прибрана в пучок. В ушах увесистые золотые серьги с драгоценными камнями, на шее соответствующее ожерелье, на запястьях рук множество браслетов. Её шёлковое сари окаймлено широкой полосой, расшитой золотыми нитями в сложный узор. Её ноги обуты резиновые затасканные шлёпки.

Джанси

Индия

Три раза гуднув, поезд медленно приближался к железнодорожной станции «Джанси», где нам предстоял двухчасовой транзит до следующего поезда в Кхаджурахо. Мы открыли дверь, стали наблюдать как мелькают «слипер»-вагоны паралельного поезда. Ужасающие, потрясающие сознание условия существования людей в этом вагоне. Совершенно непонятное количество человеческих тел втиснуто в небольшое узкое помещение с железными полками на цепях. Одни сидят, тесно прижавшись друг к другу всемером на одной полке, другие, расположившись на верхних местах, вытягивают ноги в окно. Видно, как мать пытается накормить ребёнка грудью и её случайно толкают тяжёлой сумкой. Люди кашляют, сморкаются и смачно сплёвывают всё в решётчатое окно. Каждый боится потерять своё место, так как дальше придётся ехать стоя в тамбуре, втиснувшись между людьми. «Слипер» или, ещё хуже «Дженерал» - классы – это вагоны пониженной комфортности для бедных слоёв населения Индии. Средняя стоимость такого проезда стоит 10-12 рупий, но никто не платит и это. В эти вагоны не ходят контролёры; внутреннего перехода между вагонами с этими классами нет.

Когда мелькание прекратилось, мы подкатились к платформе. Выбрали первую попавшуюся свободную лавочку и сели передохнуть. Сквозь ночную дымку вокруг вырисовывались спящие тела людей, накрытых грязными тряпками на подстеленной картонке. На каждой платформе возле каждой лавочки в тени фонарей и укромных местах, а то и посередине прохода - везде спали люди. С путей доносился волшебный и сказочный запах фекалий и мочи. Индусы постоянно справляют нужду на рельсы или во время остановки поезда. Попрошаек не было, но мы угостили яблоками двоих стариков. Испив местного станционного нескафе-кофе с безумным количеством сахара, мы пошли искать свою платформу. Потом долго искали свободную лавочку, не спеша прогуливаясь по перрону, то и дело обходя тела. На одном из лежаков проснулся крохотный ребёнок и стал ворочаться. На другом спит интеллигентный с виду мужчина с усами, одетый в голубую рубашку и брюки со стрелками. Под головой лежит кожаный чемодан. Недалеко от перехода навалены белые плетёные мешки с чем-то ценным, охраняемые парой щуплых мужчин. Заметили лавочку, поспешили занять. Всё, ждём поезд, пьём горячий приторный кофе. На соседнюю платформу прибыл состав, тучные люди повалили на выход, вытаскивая из вагона свои неподъёмные чемоданы. Многие спешат. Появился любопытный звук в виде цоканья. Увидели гусеницу из четырёх слепых юношей. Первый-ведущий держит в руке трость и ей контролирует путь, остальные друг за другом держат последнего под руку и несут свои вещи. В случае столкновения с препятствием, гусеница синхронно замирает и дожидается, пока голова не выберет другой путь. Бывает, они этой тростью кому-нибудь спящему в голову тыкают, тот вздрагивает, дожидается, пока гусеница уползёт, потом засыпает снова. А вот несётся семья; во главе папаша, который тащит на голове тяжёлый мешок, за руку ведёт старшего сына, его догоняет женщина, ведущая младшего и несущая на руках грудного ребёнка, голова которого болтается как маятник. Состав отъехал, оставив за собой концентрированный запах свежего говна. Глубокой ночью прибыл наш поезд. Заходим в вагон, находим места по торчащей с верхней полки ноги, с процветающим ногтевым грибком, преграждающей дальнейшее движение. Расстилаем простыни и понимаем, что этот кошмар лучше проспать. Четыре из шести навесных полок нашего купе были забиты индусами-мужиками. У одного из них неприятно оголилось большое волосатое пузо, у второго заляпанная жиром рубашка. Все свободные дырки были затыканы вещами и сумками. Мы кое-как уснули. И только сон начал набирать свою силу, раздался резкий храп. Я проснулась. Храп нарастал и становился постоянным. Под этот концерт ехали до Кхаджурахо. Наконец прибыли.

Кхаджурахо

Индия

Долина напоминала гигантскую чашу, наполненную спокойствием. В ней жил спокойный, величественный, невозмутимый народ. На востоке виднелся гигантский склон безымянной вершины, заросший джунглями. У подножия горы располагалась обычная индийская деревушка. Мы попали туда совершенно случайно и непредсказуемо. Поняв, что красивейшие и необыкновенные храмы камасутры нам быстро наскучили, хозяин нашего отеля предложил посетить его место рождения и отрочества, его родную деревню, расположенную в пяти-семи километрах от деревни Кхаджурахо и посмотреть на реальную индийскую жизнь. Мы, конечно, согласились.

Проходя сквозь узкие улочки и невысокие домики с голубой маленькой дверью, мы были постоянно окружены детьми, которые с удовольствием фотографировались и просили что-нибудь, например мои заколки. Обходя священные коровьи какашки, наш провожатый вёл нас к древнейшему храму богини Кали, куда обычно не водят туристов. Мы оказались на территории храма, в центре которого растёт раскидистое дерево. Под его могучими ветвями сидит садху и его приближённые. Вокруг ползают и бегают разные бурундуки и птицы, в стороне спят коровы, в центе - щенок. Мы разулись, поздоровались и прошли к ним. Костёр, вокруг которого они сидели, обильно сдобрили конопляными ветками, появился сладкий дым. Недалеко мы заметили немаленький ухоженный конопляный куст, который попросили сфотографировать. Спросили про то, как полиция к этому относится. Оказалось, что это культ, поэтому никак не относится.

Индия
Индия

Нас проводили к богине и рассказали какую-то легенду, которую мы не поняли. Худая четырёхрукая женщина с длинными взъерошенными волосами. Она обнажена. В верхней левой руке она держит окровавленный меч, разрушающий сомнения и двойственность, в нижней левой — голову демона, символизирующую отсечение эго. Верхней правой рукой она делает защитный жест, прогоняющий страх, в то время как нижней правой рукой благословляет к исполнению всех желаний. Четыре руки символизируют четыре стороны света и четыре основных чакры. Труп, на котором она стоит, указывает на преходящий и нижепоставленный характер физического тела.

Стемнело очень незаметно, за мгновение. Луна прекрасна, как будто огромный хрустальный шар опрокинулся над небом, голубизна которого быстро сменилась ясным сверкающим янтарем. Долину залило мягкое зеленоватое освещение. Надо было возвращаться в отель.

Индия

На следующий день мы повторили пикник у садху, принесли подношения Кали в виде фруктов, чая и агарбатти, а после были приглашены в гости к брату нашего провожатого. Оказалось, что эти малюсенькие голубые дверцы открывают большой чудесный дворик, из которого домочадцы попадают в различные комнаты и кухню. Почти сверкающая чистота, в углах растут плодовые деревья, в центе – алтарь. Нам предложили перекус и чай. Всё очень острое, но вкусное.

Цветок - это душа ангела, несущего в наш мир светлую надежду и благую весть. Иногда цветок живёт лишь один день, ликуя и печалясь одновременно. Он пришёл, чтобЫ сделать жизнь на земле светлее, но часто никто так и не услышит его тихую песню, никто так и не заглянет в его чистые глаза, и цветок погибает, никем не любимый. Цветы - это улыбки солнца. Сквозь цветы и зелёные лужайки были видны храмы Кхаждурахо, родина камасутры. Уникальность, неповторимость и исключительность поражает. Они красивы, очень красивы. Непонятно, как они построены, непонятно, как высечены эти фигуры, а самое главное, зачем? Археологи откопали много храмов Кхаджурахо, но лишь несколько, на мой взгляд, заслуживают внимания. Они похожи друг на друга, расположены в разных местах и гоняться за всеми мы не стали. Отметили платный комплекс западной группы и эротические позы - южной.

На этот раз отель превзошёл все ожидания. Это был шикарнейший номер с балконом и плазменной панелью, человеческой душевой кабиной, крепким чёрным кофе и всего за 500 рупий. Персонал очень приветливый и ненавязчивый. Обязательно туда вернёмся.

Агра

Поезд прибыл в районе трёх ночи. Всё кипело и шкварчало вокруг. Жизнь бурлила вместе с едой. Мы шли пешком к ближайшему отелю, отбиваясь от приставучих рикш. Один всё-таки купил нас за 10 рупий и готов был ехать куда угодно. Мы кое-как поместились в железный тент велосипеда и не спеша поехали. Агра была пустынна и жутко воняла тухлыми яйцами. Отели попадались некудышные и дорогие, мы всё катались и катались, пока, наконец, я совсем не очумела от холода в босоножках. Выбрали какой-то нелепый отель, дали 100 рупий водиле и отправились спать. Разочаровала в этот раз Агра. Вся такая вонючая и утопающая в мусоре, вся такая не улыбчивая и дорогущая. Реально, это самый дорогой город, в котором мы были.

Тадж-Махал мы посещали уже во второй раз. И он не разочаровал. Его великолепие и сила остались прежними. Мы с удовольствием прогулялись по аллее, пофотографировали людей, пофотографировались с людьми, просто поглазели.

Дели

Почти под утро наш последний поезд прибыл в Дели. Почти сразу мы попали в район Пахар-гандж. Идём вдоль Мейн-базара. Пустынно и тихо, свежо и туманно. Очень холодно. Потихоньку появляется солнце. Мы бодро доходим до симпатичного, на наш взгляд, отеля.

- Полторы тысячи рупий – ответили на ресепшене.

- Давай посмотрим комнату – сказал на это муж.

После просмотра цена упала до тысячи. Но при оформлении выяснилось, что мы русские, и что должны ещё заплатить. Живём двое суток, платим за трое, потому что выезжаем из номера ночью. Короче послали мы их. Идём дальше, заходим в следующий. Благо на Мейн-базаре их много. Отель «Пустынный» оказался наиболее приветливым и всего за 500 рупий. После Агры этот номер, всего на полметра больше и с такими же розовыми стенами, казался фееричным. Нам принесли ведро горячей воды - это было неимоверно радостное событие. Утро оказалось холодным и неприятным, поэтому это ведро было верхом наслаждения. Потом принесли кофе, простыни, полотенца, пепельницу. Всё это приходилось заказывать по очереди и ждать по двадцать минут.

Индия
Индия
Индия
Индия

Мы выспались. Выйдя на улицу, мы увидели совершенно другой Мейн-базар. Он стал живым и шумным, красочным и не реальным. Он казался маленькой страной внутри большой республики, он был не обычный, не такой, как вся остальная Индия, он концентрировал в себе множество разнообразных лиц и национальностей, существующих по своим законам и правилам, он переплетал несколько поколений и вероисповеданий. Нереально сказочный и нереально настоящий.

Позавтракали и встретились с Джоном - это водила рикши, который катал нас вначале отпуска в Кутуб-минар. Затем сформировали экскурсию на день. Нам предстояло посетить храм Лотоса, зоопарк и ювелирку.

Напоследок Джон учинил нам скандал, в самом центре Мейн-базара, рядом с нашим отелем, на глазах многих прохожих.

- Сколько мы должны тебе, Джон?

- Вы - замечательные ребята! – сказал Джон в ответ – Мы проехали с вами сегодня очень много километров, вы получили множество положительных эмоций, я ждал вас на платной парковке возле храма Лотус, затем вы гуляли по зоопарку два часа и я продолжал ждать вас. После этого вы посетили три ювелирных магазина и ничего там не купили. Я вас ждал, - пауза - 1800 рупий.

- Послушай меня, Джон,- сказал с ухмыльной улыбкой мой муж – Ты не менее хороший парень, но по моим расчётам, ты накатал всего на 400 рупий. Он и показал ему листочек, на котором был расписан наш маршрут со всеми официальными тарифами, выписанными с индийского полицейского сайта. - Скажи, ты считаешь меня богатым человеком?

Индия
Индия

- Ok, 1600. – Резко выдернул листочек из руки мужа, порвал его и выкинул вон.

- Джон, покажи мне чек от платной парковки, пожалуйста.

Он достал и передал нам чек, на котором было указано время 13 часов 15 минут, а мы зашли в ворота зоопарка в 14-00, посмотрев время на телефоне потому, что звонили в Россию. Мы сказали об этом Джону, и он совсем расстроился.

- У моей дочки сегодня день рождения, и я хочу купить ей подарок – выкрутился он.

- Покажи нам свидетельство о рождении – не отступали мы.

- Один мой рабочий день стоит две тысячи, я и так сделал вам большую скидку, Вы меня грабите! – занервничал, засуетился наш друг.

- Ты хочешь, что бы полиция решила наш спор? – злобно не удержалась я.

После этого он вспылил. Попрощались не хорошо, но денег ему всё равно много дали, я ещё ругалась на мужа.

После ужина я уселась к индуске для того, чтобы она нарисовала мне «мехенди». Обязательно чёрной краской, которая держится долго, ещё и дорогой. Красивые ажурные цветы вскоре переплетались на моей руке. После того, как краска высохла, я начала её стряхивать, загадив крошками всю кровать. Через полчаса краска сползла нереально некрасивыми рыжими размазанными пятнами.

The Indian quality, you know?

Юлия Кузнецова

фото автора

Продолжение следует…