Вечерняя разведка показала, что утка на водоёме есть! О её количестве судить пока рано, подождём до завтрашнего утра. Место для утренней зорьки мы с Алексеем тщательно подготовили, чтобы не суетиться в предрассветной темноте. Уютный плёс, спрятанный в затопленных торфяных джунглях, похожий на овальное блюдо сто на пятьдесят метров, был окружён непролазными камышовыми зарослями. Свист утиных крыльев заставлял поднимать голову, провожая взглядом пролетающих над нами крякашей. Заезд-схрон для нашей лодки мы оборудовали в небольшом тростниковом островке, выдающемся чуть вперёд от основной стены высокого камыша, ровно посередине облюбованного нами плёса. Загнав в него лодку, мы прекрасно видели обстановку вокруг нас. Могли стрелять, надёжно поражая дичь, летящую со всех сторон и спокойно добирать её, при необходимости, на чистом плёсе. Ну всё! До встречи на рассвете! Уплываем в сторону лагеря, продираясь через узкие камышовые лазы-протоки. По пути встречаем несколько охотников с ружьями, решивших открыть сезон раньше разрешённого срока. Объясняем им, что не стоит нарушать закон, портить настроение своими выстрелами ни нам, ни другим законопослушным товарищам по страсти! Придя к общему пониманию, вежливо прощаемся до пяти утра, уплывая в разные стороны. У костра слышны шумные разговоры, задорный смех! Идём по темнеющему лесу на его свет, чтобы напиться ароматного чая с собранной брусникой и от души посмеяться над охотничьими байками Алексеевича…
В половине двенадцатого ночи пошёл дождь, разогнав всех по машинам. Чувствовалась усталость от прошедшего в заботах дня, но уснуть так и не удалось. Словно в первый раз, в голове вертелись разные мысли, всплывали моменты давно прошедших охот, прокручивались, раз за разом, все детали и забытые мелочи, из которых, впоследствии, складывается вся охота.
Будильник пропел — пора! Вылезаю из машины, натягивая сапоги. Дождь так и не прекратился. Пьём чай из дымящего самовара под барабанную дробь дождя по брезентовой крыше кухни. Облачаемся в непромокаемые плащи, комбинезоны, озк и, взяв ружья, выходим на воду. Ещё темно, но с каждой минутой становиться всё светлее. Каждый уплывает к своему подготовленному месту.
Нам с Алексеем плыть дальше всех, так что нужно налечь на вёсла! В предрассветном мраке то спереди, то с боку с шумом поднимаются на крыло потревоженные нами утки! Машинально вскидываю ружьё, но проводив стволом, отпускаю без выстрела. На такой высоте, да ещё в ограниченной видимости, большой риск ранить, вставшего раньше нас и притаившегося в камышах, охотника!
Наконец, протиснувшись сквозь камыш и ивняк в чуть заметный проход оказываемся на нашей заводи. Выставляем чучела и, загнав лодку в заросли тростника, замираем в ожидании первого налёта. Дождь идёт плотной водяной стеной, стучит по бортам лодки, по комбинезону, стекая на сидения лодки, наполняя влагой, натянутые на пятой точке, штаны. В сереющем небе слышится тут и там шум и свист крыльев, пролетающих над нами уток. Вертим головой на триста шестьдесят градусов, но пока ещё видимость не позволяет произвести верный выстрел. Наконец, взгляд вырывает из предрассветного сумрака утиный силуэт, летящий в мою сторону на высоте десяти метров. Ловлю на мушку крякву и вынося вперёд, давлю спусковой крючок. Первый выстрел нарушает тишину дождливого утра — мимо, вторым исправляю неточность прицеливания, и крякуша по наклонной врезается в воду. Досылаю патроны в патронник, принимая поздравление с полем от Алексея.
- Справа заходят! — слышу его напряжённый шёпот.
Оборачиваюсь в том направлении и замечаю, вылетающих из-за спины, двух крякв. Заметив на воде своих собратьев, они закладывают вираж в нашу сторону, снижаясь для посадки. Звучит дуплет моего компаньона, и первая утка камнем падает в воду в десяти метрах от лодки! Теперь моя очередь стрелять! И я не уступаю ему в меткости! Выстрел, и вторая утка грузно шлёпнулась о воду, вслед за первой! Перезаряжаемся и поздравляем друг друга с удачей! Выплываем забрать битых уток и быстро возвращаемся на место. Выстрелы загремели со стороны наших друзей, оповещая нас о том, что у них охота в самом разгаре.
Без сожаления пропускаем летящих над нашим плёсом уток, которых после выстрела не сумеем достать. Несколько раз мажу, казалось бы, на уверенной для выстрела дистанции. Сокрушённо мотаю головой, но расслабляться ещё рано!
- Лёша, от леса на нас тройка крякашей! — шепчу напарнику, готовясь к выстрелу.
- Понял! — отвечает он, поворачиваясь.
Напускаем ближе, чтобы при попадании утка упала на чистую воду. Пропускаю первую пару, летящую левее, на Алексея, сам веду стволом одиночку, что летела чуть сзади, правее. Звучат за спиной выстрелы Алексея. Я не вижу их результат; у меня перед глазами, летящая на меня, утка и доли секунды на выстрел!
Время застыло, как в замедленной съёмке. Приклад толкнул в плечо, затвор лязгнул, выплюнув чёрную пластиковую гильзу. Из ствола с дымом вылетел пластиковый контейнер. Утка, надломив крылья, закрутилась винтом и, пролетев меня, ударилась о чёрную, в мурашках дождя, воду.
Гром выстрелов доносится со стороны лагеря, смотрим в ту сторону, возможно, они промахнулись, и утки налетят на нас. Так и есть! Пара крякв вынырнула из-за деревьев и направила свой полёт в нашу сторону. Сидим, не шелохнувшись, подпуская уток ближе. Пора.
Алексей торопиться, делая быстрый дуплет — мимо! Присоединяюсь с секундным отставанием, встречая в штык летящих кряковых. Первый тоже мимо, второй выстрел получается уже, практически, над собой, но на этот раз точно в яблочко!
Провожаем взглядом, летящих на пределе выстрела, уток, перезаряжая ружья. Таких мы не бьём! А вот вылетевшую, между кустами на нас в штык, утку — надо брать! Жму на спусковой крючок на доли секунды позже Алексея, и заряд восьмёрки попадает в уже битую утку! Кряква тряпичным лоскутом падает в воду у края нашей засады. Красивый выстрел с невольным добором! Хвалю друга за меткость! Время пять тридцать. Лёт утки сошёл на нет. Охотничий азарт утих. Промокшее до нитки тело, стало бить неприятная дрожь!
- Может, поедем, а то я уже стал замерзать, — молвил Алексей, посмотрев на меня.
- Поехали! — охотно согласился я, чувствуя тоже самое.
Быстро собрав чучела, на всех порах летим в лагерь. Быстро переодеваемся и готовим праздничный обед из, добытой нами, дичи. Звучат тосты в честь состоявшегося праздника и искусного кулинара! За предстоящую вечёрку!
А какая она будет - уже другая история…
Дмитрий Васильев
© фото автора
