Начиналось всё по классической схеме; покупка патронов для себя и друзей, перебор и осмотр снаряжения, чистка и смазка любимого оружия. С приближением начала охоты в этом году участились и звонки в Липецкую область. И вот открытие уже на днях, а гусей не видно и не слышно, на улице жара больше недели!
Из-за этих проблем тянул с отпуском до последнего. Решив созвониться с друзьями, которые собирались охотиться в соседнем районе, мне удалось выяснить, что гусь, оказывается, уже пришёл. Об этом им сказал местный егерь. Из нашего же источника на данный момент гуся еще нет. В конце разговора мы сошлись на том, что друзья проверят, как обстоят дела с гусем в нашем районе и позвонят. Оставалось только ждать, надеяться и верить.
Однако вскоре новости пришли не утешительные: гуся нет. Было решено перенести отпуск на начало апреля, а там будь что будет.
И вот мы уже в дороге. Ночь пролетела быстро и утро мы встречали уже на месте предстоящей охоты. Слова товарищей с соседнего района оправдались, и за утро мы не увидели ни одной стаи!
Решили ехать в Липецк за путевками, чтобы уже на месте узнать об обстановке по всей области. По дороге смотрели на небо, но гуся так и не увидели. Оказавшись на месте, берём путёвки в Лебедянский район, и толком ничего не узнав, отправляемся на поиски гуся.
День подходил к концу, а результатов ноль. Мы объехали весь Лебедянский район и нашли только одну стаю в двадцать голов, сидящую на охраняемой территории, где охота запрещена.
Начинало темнеть, и мы поехали к месту ночлега, ведь нужно успеть до темноты набрать дров, соорудить лагерь и накрыть стол. Отсутствие гуся еще не повод впадать в уныние; друзья собрались вместе, на улице весна, разве не это счастье?!
Ночь прошла за разговорами, смешными воспоминаниями и шутками под звёздным небосводом. Утро следующего дня началось опять с разведки. Глядя в бинокль, мы начали осматривать местность метр за метром.
Вдруг из-за спины послышался долгожданный гогот гусей; стая летела над лесополосой и шла на посадку. Сделав несколько кругов она села в полукилометре от нас на небольшую лужу. Это было уже кое-что, тем более место находилось на пути их ежегодной миграции.
Не без труда перебравшись к месту предстоящей охоты, мы приступили к рытью окопов, их маскировке и расстановке профилей. Вечером сидя на своих местах, мы с надеждой смотрели в небо; чуда не произошло так же, как и на следующее утро.
Ещё четыре дня, сидя в окопах, мы продолжали ждать... В один из вечеров сидя за ужином у костра, мы подняли тост за Богиню охоты - Диану и за удачу, а после поужинали и легли спать.
Сквозь сон я услышал гусиный гогот. Вскочив и выбежав из палатки босиком на воздух, стал с упоением слушать их перекличку. Андрей стоял рядом и тоже слушал. Так мы стояли вдвоем, обратив свой взор к звездам и радовались, как дети! А Николай спал сном младенца и ничего не слышал; видимо ожидание утомило его. Становилось зябко, и мы забрались обратно в палатку. Пока я засыпал, пролетело ещё четыре стаи. Ночью меня мучили кошмары. Мне снилось, что гусь пошел валом, а меня срочно вызвали на работу...
Проснулся я в холодном поту и не мог больше уснуть. На часах было три часа. Я кое-как дождался пяти утра, затем разбудил Андрея. Николай, не веря в удачу, остался спать.
Мы выпили чая из термоса, зарядили ружья и выдвинулись. Ну вот мы и на месте. На востоке восход окрасил небосвод в розовый цвет, запели отогретые утренним солнцем жаворонки.
И вот первый косяк появился с юга. Он шёл неровным клином на высоте двадцати метров, не издавая ни единого звука. В пятистах метрах они начинали кружить над лужей. Я машинально заработал манком и сердце радостно забилось, когда стая повернула в нашу сторону и с гоготом стала приближаться.
Андрей вжался в окоп, ожидая моей команды, я же, затаив дыхание, смотрел, как гуси приближались с каждым взмахом своих сильных крыльев. Сто метров, семьдесят, сорок, двадцать и вот они накрыли собой лужу. Дав команду: "Бьём!" я нажал на спуск, выбрав одного гуся. Выстрел и гусь падает, подломив крылья. Я хотел выстрелить второй раз, но увидел, что затвор в крайнем заднем положении. Сняв с затворной задержки и дослав патрон в патронник, боковым зрением вижу, что Андрей сбивает одного. Мои запоздалые четыре выстрела в сердцах зазвучали салютом удаляющейся стае, но было уже поздно. Видя, что Андрей несет двух белолобиков, ко мне пришло ощущение первобытного восторга! Поздравив друг друга с полем, мы заняли свои укрытия и продолжили наблюдать за небосводом.
Следующая стая появилась через двадцать минут с той же стороны, что и первая. С помощью манка стаю удалось направить в нашу сторону. Гусей было двадцать пять-тридцать, на посадку шли спокойно. Почувствовав возбуждение, я вжал голову в плечи и чувствовал, как кровь пульсирует в висках. Подпустив гусей на тридцать метров, я снова командую: "Бьём" и открываем огонь. Отстреляв все патроны в магазине, гуси ушли невредимыми. Досады не было, было недоумение: "Как мы могли промахнуться?! Но ничего не поделаешь; это охота," - думал я, и тут ход моих мыслей прервал гусиный гогот.
Они зашли со спины, развернулись против ветра и пошли на посадку. И снова зазвучали наши выстрелы. В первый раз я промазал, во второй выбиваю одного, в третий раз снова промазал. Четвёртый выстрел догнал второго, выбивая из него пух, однако, он смог продолжить свой полёт. Только после пятого выстрела гусь сложил крылья и камнем упал за пригорком в пятидесяти метрах от меня. Пришлось быстро на это среагировать одним патроном.
Андрей бросился подбирать первого. Я прокричал, что чуть дальше лежит ещё один. Оказывается, Андрей его не видел. Я подсказал ему направление ко второй птице и вскоре увидел, как он поднял её над головой. Мы поздравили друг друга с удачей и снова заняли свои места в ожидании.
Вдруг послышался голос одиночки. Гусь реагирует на мой манок и вот уже кружит над нами на высоте сорока метров, но не снижается. Я решил без предупреждения нажать на курок и после выстрела услышал удар дроби по перьям. Гусь тут же камнем упал вниз, ударившись о землю в двух шагах от Андрея. Подхватив гуся, он прокричал, что птица окольцована. Изучив колечко на лапке гуся, мы узнали, что окольцевали его в Голландии.
На том наша утренняя охота закончилась. Вслед за этим последовала фотосессия с добытыми гусями на фоне профилей и тосты за удачу.
Вечерняя зорька прошла в тишине, а мы не увидели ни одной стаи. Пришлось опять с надеждой ждать рассвета. Проснувшись, как всегда просыпаюсь без будильника, за час до подъёма, я лежал и слушал здешнюю тишину. Но её нарушил звон будильника; всё, пора!
Мы быстро собрались и двинулись на вчерашнее место, где принялись ждать рассвет. Небосвод постепенно серел, затем на востоке заалела заря, и малиновый диск солнца медленно стал подниматься из-за горизонта.
Первая стая появилась с юга также, как и вчера. Она закружилась над лужей в пятистах метрах от нас. На этот раз они не среагировали на манок, однако продолжали кружиться, постепенно снижаясь. "Если они сядут, то охота будет испорчена," – сказал я сам себе, продолжая работать манком.
Гуси почти сели, но что-то их насторожило и направились в нашу сторону. Их было много, они клином шли на высоте пятнадцати метров от земли. Не сводя глаз с гусей, я ждал их приближения. Когда они накрыли лужу, я командую, и мы открываем огонь. Расстреляли все до единого патрона, вот только все мимо. Не успев опомниться вижу, как другая стая в шесть голов заходит с юга.
Николай привстав со своего места и начал что-то говорить. Я ему кричу: "У тебя гуси за спиной!" Тем временем, гуси с гоготом налетают на нас, и я, лихорадочно зарядив свой МР-153, стреляю в первого гуся. Сразу после меня Николай тоже выбивает выстрелом одного гуся. После моих выстрелов от стаи отделился один гусь и в ста метрах свалился на землю.
Прокричав ребятам, чтобы те смотрели за стаей на случай, если будут подранки, я провожал улетающую стаю взглядом. Вдруг вижу, как один гусь, снижаясь, падает на поле в метрах трехстах от нас.
Ребята сорвались за упавшим гусем, я же бросился за своим. Выбежав на пригорок, я увидел от меня гуся. Добежав на убойное расстояние, останавливаюсь и прекращаю его мучения. Подобрав его за шею я пошёл обратно.
Я не видел, что было за пригорком, но выстрелы следовали один за другим. Уже с пригорка я заметил, как Николай стрелял на бегу в восьмистах метрах от меня. Вот он остановился, прицелился и победоносно поднял вверх руку.
Я стоял с гусем в руках в ожидании своих друзей. Видя их довольные лица, я пожал им руки, поздравив с полем! Всё-таки последний гусь оказался поистине трудовой!
Гусь больше не появился в поле нашего зрения, и на этом наша охота закончилась. И всё же она удалась; восемь гусей на троих – это совсем не плохо! За разговорами, шутками и тостами неделя пролетела незаметно в окружении верных друзей на берегу Дона. Кинув по монетке в реку, чтобы вернуться сюда в следующем году, мы сели в автомобиль и покатили в Москву.
Дмитрий Васильев
(фото автора)
